{форум}
МОСКВА ФОРУМ
Текущее время: 17 окт 2018, 17:21

Часовой пояс: UTC - 12 часов


Высота и ширина HTML таблицы, пример
Политика
$('#s1').cycle({fx: 'scrollLeft',
sync:0, delay: -4000 });
Экономика
$('#s2').cycle({fx: 'scrollDown',
sync: 0, delay: -2000});
Новости Москвы
$('#s3').cycle({fx: 'scrollLeft',
sync:0, delay: -4000 });

Правила форума


При копировании материалов форума активная ссылка обязательна.Законодательство Российской Федерации об авторском праве и смежных правах
(в ред. Федерального закона от 20.07.2004 N 72-ФЗ)



Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 2 ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Кузьма Николаевич Деревянко
СообщениеДобавлено: 04 фев 2018, 00:16 
Не в сети

Зарегистрирован: 12 дек 2012, 09:48
Сообщений: 2711
Знающие люди говорят, что сценаристы кинофильма "Офицеры" наделили одного из своих героев, Алексея Трофимова, чертами характера и фактами биографии реально существующего генерал-лейтенанта Советской армии — Кузьмы Николаевича Деревянко. На самом деле подлинная история жизни генерала была куда насыщеннее экранной, и до сегодняшнего дня ее подробности хранятся под грифом "Сов. секретно"...

ВОЙНА ЗАКОНЧЕНА. ЗАБУДЬТЕ

2 сентября 1945 года все ведущие мировые газеты на своих первых полосах полностью или частично воспроизвели обращение генералиссимуса Сталина к советскому народу. Подводя жирную вербальную черту под итогами боевых действий Красной Армии и ее союзников на Дальнем Востоке, Иосиф Виссарионович сказал: "Сегодня государственные и военные представители Японии подписали акт безоговорочной капитуляции. Разбитая наголову на морях и на суше и окруженная со всех сторон вооруженными силами Объединенных наций Япония признала себя побежденной и сложила оружие...Это означает, что наступил конец Второй мировой войны. Теперь мы можем сказать, что условия, необходимые для мира во всем мире, уже завоеваны"...
Изображение
В речи вождя прозвучали и те главные слова, которые "расшифровывали" истинную причину "молниеносной" войны Советского Союза на "дальних рубежах": "Наш народ верил и ждал, что наступит день, когда Япония будет разбита... Сорок лет ждали мы, люди старого поколения, этого дня. И вот этот день наступил. Сегодня Япония признала себя побежденной и подписала акт безоговорочной капитуляции. Это означает, что Южный Сахалин и Курильские острова отойдут к Советскому Союзу, и отныне они будут служить не средством отрыва Советского Союза от океана и базой японского нападения на наш Дальний Восток, а средством прямой связи Советского Союза с океаном и базой обороны нашей страны от японской агрессии"...

Тут следует заметить, что у "братьев по оружию", граждан СССР и американцев, были внешне сходные, "миролюбивые", но вместе с тем узкомеркантильные интересы: мы забираем Курилы и Сахалин, а вы — японские острова... На том и порешили.

Ну а в Москве, "приказом Верховного главнокомандующего по войскам Красной Армии и Военно-Морского флота" это событие — Акт о безоговорочной капитуляции японских вооруженных сил — отметили 3 сентября двадцатью четырьмя артиллерийскими залпами из трехсот двадцати четырех орудий. Приказ заканчивался обязательно-стандартной фразой: "Вечная слава героям..." Одним из таких героев был и генерал-лейтенант Кузьма Николаевич Деревянко, подписавший тот самый акт о капитуляции, упоминавшийся в приказе №377...

ПУТЬ В ЛЮДИ

Как это ни парадоксально, но в 1904-м, в год японской агрессии против России, родился мальчишка, которому спустя четыре десятилетия доверят росчерком его пера навсегда похоронить милитаристские устремления Японии...

14 ноября в селе Косенивка Уманского уезда Киевской губернии (ныне Уманский район Черкасской области) в многодетной семье каменотёса Николая Кирилловича Деревянко и его набожной супруги Секлеты Герасимовны родился сын. День рождения малыша пришелся на поминовение бессребреников и чудотворцев Космы и Дамиана, оттого и назвали хлопчика, согласно святцам, Кузьмой.

Чтобы прокормить семью, в которой подрастало трое детей (всего их потом было девять душ), Николай Деревянко не только гранит долбил, но и, как всякий селянин, землю пахал, а еще ремесленничал — делал возы... Николай Кириллович в силу своей профессии бывший недюжинным силачом, способным изогнуть монету двумя пальцами или в пыль растереть кирпич (следует отметить, что и его сын, Кузьма Николаевич, в дальнейшем был способен проделать подобные "фокусы"), отличался довольно-таки бунтарским духом. Хотя при этом слыл, по общему разумению, человеком рассудительным и совестливым. Когда первая русская революция 1905—1907 годов пошла на убыль, царские "сатрапы” арестовали и выслали сельского "заколотника""за беспорядки" на север России — в Великий Устюг, что на Вологодчине. Вместе с мужем отправилась в ссылку и преданная Секлета Герасимовна с сыновьями — трехлетним Кузьмой, его братом Степаном и дочерью Зиной.

Через пять лет, отбыв положенное, Деревянки вернулись на "малую родину". А уже осенью 1912 года Кузьма переступил порог местной церковно-приходской школы. По давней, еще запорожской, традиции в украинских селах с пиететом и уважением относились к людям "грамотным". Потому, видя, как тянется Кузьма к книгам, родители на последние копейки определили своего тринадцатилетнего хлопчика на учебу в 1 -ю украинскую гимназию имени Бориса Гринченко в Умани.Проучившись три года, занятия пришлось оставить: на просторах России бушевала Гражданская...

Тем временем Кузьма вместе с отцом пошел "мыкать судьбу" на карьер — рубить гранит, а чтобы хоть как-то еще подзаработать, не чурался любой подвернувшейся работы: пахал и сеял, по необходимости мог быть маляром и стропальщиком... Отец уже видел своего сына "справным хозяином", но у каждого, как писал любимый Кузьмой Тарас Шевченко, "своя доля i свiй шлях широкий"... В 1922-м, вскинув на плечи котомку с нехитрой снедью, любовно завернутой в вышитый рушник мамой, с томиком "Кобзаря" отправился восемнадцатилетний Кузьма Деревянко прямиком в... мировую историю. А точнее, поначалу в Киев. Здесь он вступает в военную школу красных командиров, а после ее расформирования в числе лучших курсантов переводится в Харьковскую школу червоных старшин имени ВУЦИКа, где обучение военному делу велось на украинском языке. В первой столице Советской Украины Кузьма пристрастился к изучению японского. И не только разбирался в хитросплетениях иероглифов, но и заговорил языком самураев.

Кроме того, "красный старшина" Кузьма Деревянко женился. При этом, вопреки строгим классовым догмам, взял в жены поповну из родного села. Звали суженую Галей, и была она, как и его мать, девушкой глубоко верующей. (Говорят, что уже став "генеральшей", Галина Ивановна следила за тем, чтобы в семье свято соблюдались церковные каноны и посты.) Через определенное время у молодых супругов родился сын — Виталий...

Между тем Кузьма, окончив военную школу, направляется в войска. Его карьера — это шаги к успеху честного армейского служаки: командир взвода (за что удостоен первой награды — ему вручили именной серебряный портсигар), помощник начальника штаба полка, помощник начальника отдела Украинского военного округа... Где бы ни служил краском Деревянко — в Умани, Черкассах, Смеле или Харькове, — сослуживцы всегда отмечали одну, но важную его черту — трудолюбие. Замеченный начальством Кузьма Деревянко в 1933 году направляется на учебу в Москву — на специальное отделение (военная разведка) Военной академии имени М. В. Фрунзе, где в качестве основных, кроме "родного" японского, он изучает языки Шекспира и Мицкевича...

О НЁМ НЕ ПИСАЛИ В ГАЗЕТАХ

В 1936 году Кузьма Деревянко, окончив учебу в академии Фрунзе со "шпалой" на петлицах, был направлен в распоряжение восточного отдела Разведывательного управления Генштаба РККА. И после соответственного инструктажа в октябре был командирован в Азию, где неумолимо, словно гнойный свищ, зрел военный конфликт с императорской Японией.

Руководство военной разведки поставило капитану Деревянко важную задачу: организовать и принять под свое руководство перевалочную базу на станции Са-ры-Озек в Казахстане. Через этот опорный пункт должно было осуществляться снабжение оружием, боеприпасами, амуницией, продовольствием и всем необходимым китайской армии, которая вела полномасштабные боевые действия против японских агрессоров.
Изображение
Это только на первый взгляд задание Разведупра выглядело простым, а должность начбазы — эдакой тыловой синекурой, с которой вполне мог справиться любой нестроевой старшина. На самом деле политическая атмосфера той, довоенной, поры требовала от Кузьмы Деревянко еще и навыков дипломатии. Тогда СССР был единственной страной, которая не словом, а делом оказывала Китаю реальную помощь, а потому следовало учитывать малейшие нюансы "мирового общественного мнения"...

Когда в мае 1938-го Кузьма Деревянко отчитался перед начальством о проделанной работе (уверен, что должность "завхоза" была в определенной мере всего лишь прикрытием), он получил не только майорское звание, но и довольно "редкий" тогда орден Ленина, который военному разведчику вручил в Кремле лично "всесоюзный дедушка" Михаил Калинин.

Летом того же года Кузьма Деревянко получил "блатную", или, как еще говорили, "санаторно-курортную" должность — начальника 12-го административно-хозяйственного отдела по материальному обеспечению Разведупра РККА. Но уже осенью над ним стали сгущаться энкаведистские тучи. К тому времени в лагерях ГУЛАГа сидел брат Степан, которому впаяли четырехлетний (еще по-божески) срок по стандартной статье "за вредительство". А тут арестовали еще двух родных дядей — Иова и Матвея — "за участие в бандформированиях" во время Гражданской войны. И, конечно, вспомнили, что еще один дядя, Родион, погиб, сражаясь с отрядами Красной Армии, а дядя Савва женился на кулацкой дочке... В доносах на майора Деревянко писали, что и его отец был кулаком: видимое дело — имел гранитный забор (хотя в Косенивке исстари гранитные плиты из карьера прикрывали невзрачные мазанки селян)...

Как рассказывал Кузьма Николаевич, "разбор-суд" над ним состоялся аккурат в день рождения —14 ноября 1938 года. Вспомнили всё и всех... Но — впрочем, ценой неимоверных усилий сослуживцев—удалось избежать дружеских объятий НКВД...

С началом финской кампании майор Кузьма Деревянко, как говорится, от греха подальше отправляется добровольцем в карельские леса. На той "неизвестной войне" он воюет в качестве начальника штаба Отдельной особой лыжной бригады — разведывательно-диверсионного подразделения, сформированного в большинстве своем из студентов Ленинградского института физкультуры имени Лесгафта. Начштаба не только планирует "саботажные" операции, но нередко и сам принимает в них участие. Известен такой случай. Когда 6 марта 1940 года диверсионный отряд мастера спорта В. Мягкова попал в засаду белофиннов, на помощь ему отправилась лыжная группа во главе с Деревянко, которая, приняв неравный бой, спасла боевых товарищей. Мягкову посмертно присвоили звание Героя Советского Союза, а оставшийся в живых Деревянко был награжден за участие в Советско-финской войне орденом Красной Звезды и, "перепрыгнув через звание", стал полковником...

В августе 1940 года дважды орденоносного Кузьму Деревянко назначают на должность замначальника разведотдела Прибалтийского особого военного округа, штаб которого дислоцировался в Риге. А в январе-марте 1941-го он, как сказано в личном деле, "выполнял особое задание в Восточной Пруссии"...

С началом войны Прибалтийский особый в силу известных обстоятельств стал Северо-Западным фронтом...

ГЕНЕРАЛ ОТ РАЗВЕДКИ

На пятый день войны, 27 июня, Кузьму Деревянко назначают начальником разведотдела штаба Северо-Западного фронта (впоследствии Резервный, Степной, 2-й Украинский фронт) Тридцатисемилетний полковник не только планирует, но и лично участвует в разработанных им разведывательно-диверсионных операциях. В августе 1941 -го он возглавляет рейд по немецким тылам, в результате которого его хорошо обученные бойцы освобождают в концлагере под Старой Руссой две тысячи пленённых красноармейцев... Бывший радист партизанского отряда "Упорные" Павел Сергее-чев в своих мемуарах писал: "В течение этих месяцев, пока продолжался рейд, в разведотдел штаба Северо-Западного фронта, которым руководил полковник К. Н. Деревянко, от разведчиков бригады регулярно поступали радиограммы, содержавшие информацию разведывательного характера. Эти сообщения помогли 3-й и 4-й ударным армиям нанести ощутимый удар по врагу и освободить от захватчиков ряд районов — от Осташкова до Торопца".

4 мая 1942 года полковник Деревянко повышен в звании: стал генерал-майором. Его наградили орденом Красной Звезды и назначили начальником штаба 53-й армии Северо-Западного фронта.
Рекомендуя Кузьму Николаевича на высокую штабную должность, комфронта Николай Ватутин отмечал: "Как и я, он штабник "до мозга костей". Талантливый человек. Выдержанный, спокойный... Словом, подходит по всем статьям"...

В составе 53-й армии Деревянко в январе-марте 1943-го планирует операцию по ликвидации проблемного плацдарма гитлеровцев возле города Демьянска, существование которого угрожало наступлением противника в направлении на Москву. Позже бывший начальник штаба 16-й армии вермахта генерал-лейтенант Бек-Беренц назовет бои в Демьянском котле "подлинной мясорубкой", "Верденом в миниатюре", в котором немцы потеряли только убитыми 90 тысяч солдат и офицеров.

Летом того же года 53-я армия, входившая в состав Степного фронта и принимавшая участие в Курской битве, сыграла важную роль при освобождении Белгорода. Не менее упорными и жестокими по своему накалу стали и бои за "восточные ворота Украины", как называли гитлеровцы Харьков. Тогда Красной Армии противостояли элитные подразделения: танковые дивизии СС "Рейх", "Мертвая голова", "Викинг", моторизованная дивизия "Великая Германия". В "ходе упорных и продолжительных боев", как указывалось в сводках Совинформбюро, в лесном массиве на северо-западе Харькова, в штабе 53-й армии приняли неординарное решение — выбить противника из леса ночной атакой... Подобным образом брали и Харьков... Именно за разработку этой операции, а также "за умелое и мужественное руководство боевыми действиями" при освобождении города генерал-майора Кузьму Деревянко наградили полководческим орденом Кутузова II степени.

В декабре 1943 года Деревянко участвует в "битве за Днепр", в Корсунь-Шевченковском сражении...

"Кузьма Николаевич в течение войны был непосредственно причастен ко многим военным операциям, — рассказывала племянница генерала Лариса Трохименко.

— Помимо Корсунь-Шевченковской операции, были Ясско-Кишиневская, Будапештская, Балатонская, Венская операции..." Кстати, своего пятнадцатилетнего сына Виталия дважды сбегавшего из тылового Челябинска на фронт, он поначалу определил во фронтовую разведку, а затем направил в военное училище. Да и сам он был не робкого десятка: не раз с ППШ в руках ходил в атаку. Особо гордился тем, что ему довелось Уманский район и родную Косенивку, где на пороге хаты его встретила заплаканная мама — Секлета Герасимовна...

19 апреля 1945 года сорокаоднолетнему Кузьме Деревянко было присвоено звание генерал-лейтенанта. К тому времени генеральскую грудь атлета-силача украшали три "полководческих" ордена — Богдана Хмельницкого, Суворова и Кутузова, — что было отнюдь не таким уж обычным явлением среди генералов — участников войны 1941-45 гг.

Закончил свою персональную войну генерал-лейтенант Деревянко в должности начальника штаба 4-й гвардейской армии 3-го Украинского фронта в Вене. В этом городе на берегу "голубого Дуная" Кузьма Николаевич приказал сыну найти могилы великих композиторов. И когда тот выполнил задание, поручил купить букеты живых цветов и возложить их на надгробья Штрауса и Шуберта...

В Австрии пришлось задержаться: Кузьме Деревянко поручили представлять интересы СССР в Союзном совете...

И НА ТИХОМ ОКЕАНЕ СВОЙ ЗАКОНЧИЛИ ПОХОД

Май 1945-го, принесший Победу, подарил солдатам скорую надежду на возвращение домой, долгожданную возможность обнять родных. Но была еще одна, с позволения сказать, проблема — императорская Япония, которая представляла реальную, хотя и ослабленную, военную угрозу дальневосточным рубежам Советского Союза.

Еще 5 апреля 1945 года глава советского внешнеполитического ведомства Вячеслав Молотов официально уведомил посла Японии в СССР Наотакэ Сато о денонсации Пакта о нейтралитете, подписанного 13 апреля 1941 года сроком на пять лет. Этот шаг наркомата иностранных дел был сделан не случайно: третий пункт договора гласил, что "если ни одна из договаривающихся сторон не денонсирует пакт за год до истечения срока, он будет считаться автоматически продленным на следующие пять лет". Этого Сталин допустить не мог. А 26 июля на Потсдамской конференции было озвучено категорическое требование союзников по антигитлеровской коалиции: безоговорочная капитуляция Японии...

3 июня 1945 года вышло постановление Государственного комитета обороны "о переброске на Дальний Восток дополнительных сил и средств из состава западных фронтов и округов". На восточных границах страны наращивалась сухопутная группировка Красной Армии и Военно-Морского флота. И уже к 8 августа количество советских войск на Дальнем Востоке исчислялось в 1 миллион 669 тысяч 500 человек.
Изображение
1 августа приказом Ставки ВГК главнокомандующим советскими войсками на Дальнем Востоке был назначен маршал Советского Союза Александр Василевский. Ровно в полночь по забайкальскому времени, с 8-го на 9 августа 1945 года, на фронте общей протяженностью в 5130 километров началось мощное наступление Красной Армии. Советская бомбардировочная авиация подвергла массированному налету японские гарнизоны в городах Чанчунь и Харбин, а также порты — Юки, Расин и Сейсин в Корее. Практически в то же время американцы нанесли ядерные удары по японским городам Хиросима и Нагасаки.

Американский историк, японец по происхождению, Цуеси Хасэгава писал в книге "Наперегонки с врагом. Сталин, Трумэн и капитуляция Японии": "Вступление СССР в войну потрясло японцев больше, чем атомные бомбы, поскольку оно положило конец всем надеждам придти к соглашению, хоть немного отличному от безоговорочной капитуляции".

В конце июля генерал-лейтенант Кузьма Деревянко, получив приказ о новом назначении — начальником штаба 35-й армии, дислоцировавшейся на Дальнем Востоке, — сел на владивостокский поезд, даже не подозревая, что тем временем его судьба решается на самом верху, в Кремле.

12 августа в послании №359, отправленном президентом США Гарри Трумэном генералиссимусу Иосифу Сталину, говорилось: "Я предлагаю, чтобы генерал армии Дуглас Макартур был назначен Верховным командующим, представляющим союзные державы, для принятия, координации и проведения общей капитуляции японских вооруженных сил... Прошу Вас немедленно сообщить мне о назначаемом Вами представителе с тем, чтобы я мог уведомить генерала Макартура. Я предлагаю, чтобы немедленно была установлена непосредственная связь с генералом Макартуром в отношении каждого мероприятия".

В ответной совершенно секретной депеше №360 Сталин писал Трумэну: "Советское правительство согласно с Вашим предложением... Представителем советского Военного Главнокомандования назначен генерал-лейтенант Деревянко, которому и даны все необходимые инструкции. 12 августа 1945 года".

В тот день ничего не подозревавшего генерала Деревянко буквально сняли с поезда в Чите. На пустынном перроне его ожидал, переминаясь от нетерпения с ноги на ногу, генерал-полковник Семен Иванов. Не дав опомниться, Иванов усадил опешившего Деревянко в поджидавшую у вокзала "эмку", которая через полчаса доставила их к штаб-квартире Василевского. Маршал без проволочек принял гостя и вручил ему пакет из плотной бумаги, опечатанный сургучными печатями, только что доставленный из Москвы. В документе, подписанном И. Сталиным, говорилось, что "К. Н. Деревянко назначается представителем Главного командования советских войск на Дальнем Востоке при американском генерале Дугласе Макартуре".

Сразу же после этого почетного и ответственного назначения Деревянко в окружении Василевского стали циркулировать разные слухи по поводу этого решения. В итоге сошлись на сакраментальном: у Сталина были свои весомые причины и аргументы, о которых лучше не задумываться, — так будет полезней для здоровья. Говорят, что подобным образом Сталин хотел "преподнести" своим союзникам Украину и Белоруссию в виде не просто национальных республик в составе СССР, а самостоятельных дружественных государств, которые заслуживают полноправного представительства в ООН.

Еще в сентябре 1944 года Сталин писал Рузвельту: "Вам, конечно, известно, что, например, Украина и Белоруссия, которые входят в Советский Союз, по количеству населения и политическому значению превосходят некоторые государства, в отношении которых мы все согласны, что они должны быть отнесены к числу инициаторов создания международной организации".

Писатель Владимир Карпов о выборе советским вождем кандидатуры Деревянко для выполнения ответственной миссии писал: "Почему он так решил, мы можем только догадываться. Опять-таки, по логике событий можно предположить следующее: в мае 1945 года, когда Жуков в Берлине подписывал Акт о капитуляции Германии, на то историческое событие не прибыл Верховный командующий экспедиционными силами союзников генерал Эйзенхауэр. Союзники прислали для подписания акта о капитуляции главного маршала авиации Теддера... Его назначение вполне обоснованно было воспринято Сталиным как желание союзников принизить значение акта, подписанного советским командованием. Память у Сталина была отличная, вот он и приказал послать к главкому Макартуру для подписания акта генерал-лейтенанта Деревянко. Но, надо сказать, поступил так Сталин не в ущерб интересам дела. Он прекрасно знал и помнил Деревянко как кадрового разведчика, который хорошо ориентировался в дальневосточных делах". А еще, как кажется, Иосиф Виссарионович не хотел плодить "маршалов Победы". Достаточно было Жукова, который, по его мнению, и так перебрал на себя львиную долю полководческих заслуг.

Сам же Деревянко по этому "дискуссионному" поводу говорил: "Почему мне, можно сказать, малоизвестному генералу, рядовому большой войны, выпала столь почетная миссия? Видимо, было учтено, что сразу после встречи наших войск с союзниками в Австрии я уже представлял советское командование в Союзническом совете в Вене.Возможно, сыграло роль и то, что во время учебы в Военной академии имени Фрунзе я прилежно изучал английский и японский языки, а затем два года выполнял интернациональный долг в Китае, отражавшем японскую агрессию"...

А тем временем события на японском фронте развивались стремительно. 14 августа японский император подписал эдикт об окончании войны. Через три дня главнокомандующий советскими войсками на Дальнем Востоке маршал Советского Союза А. Василевский обратился к командующему Квантунской армии генералу О. Ямада с призывом: "С 12.00 20 августа прекратить военные действия против советских войск на всем фронте, сложить оружие и сдаться в плен".

25 августа "спецкоманда", в которую, помимо Деревянко, вошли контр-адмирал Андрей Стеценко и генерал-майор авиации Николай Воронов, также свободно владевшие английским, транзитом через Владивосток вылетела на Филиппины, где в Маниле дислоцировался штаб американских вооруженных сил на Тихом океане.

Спустя два дня Кузьма Деревянко получил шифротелеграмму с приказом о переподчинении Ставке Верховного Главнокомандования и полномочиях на подписание Акта о безоговорочной капитуляции Японии от имени советского Верховного Главнокомандования. 30 августа вместе с Дугласом Макартуром и представителями стран союзников Деревянко прибыл в Японию...

МИССИЯ НА МИССУРИ

2 сентября 1945 года, как писали тогда спецкоры ТАСС Николай Богданов и Иван Бочарников в статье "На борту линкора "Миссури"", "медленно рассеивается туман над Токийской бухтой в этот исторический день. Постепенно вырисовываются силуэты многочисленных кораблей союзников... Миноносец мчит нас к линкору, на котором должна произойти церемония подписания Акта о капитуляции Японии... Перед нами один из самых больших военных кораблей мира — "Миссури". Справа и слева от него боевые соратники — американские линкоры "Айова", "Южная Дакота", за ними — лучшие английские линкоры "Георг", "Герцог Йоркский". Дальше на рейде австралийские, голландские, канадские, новозеландские крейсеры, миноносцы. Кораблей всех классов не счесть... К правому борту линкора пришвартовался миноносец"Будконан", на котором прибыл генерал Макартур. Вслед за ним поднимаются на линкор делегация союзных стран и гости. Делегация занимает свои места позади стола.Справа налево — представители Китая, Великобритании, СССР, Австралии, Канады, Франции, Голландии, Новой Зеландии. Гости, свыше 230 корреспондентов, размещаются в носовой части линкора, заполняя капитанский мостик, все орудийные площадки башни"...

В тот день на "Миссури" был еще один наш земляк: переводчик с японского Борис Одуд. В конце августа он был включен в группу представителей СССР, которой предстояло принять капитуляцию Японии. "Я тогда был по званию старшим лейтенантом, но перед церемонией мне приказали надеть капитанские погоны. Для солидности. Все-таки предстояло находиться в окружении высоких чинов... Церемония подписания началась с того, что в полной тишине в течение пяти минут звучала траурная музыка, кажется, "Реквием" Моцарта. Это должно было символизировать позор Японии, проигравшей войну... Когда министр иностранных дел Японии стал подписывать акт о капитуляции, авторучка "не захотела" писать. Советник подал вторую ручку, тоже не пишет. Тогда, как бы в насмешку над японцами, генерал Макартур вынул из кармана пакет с авторучками и бросил его на стол. Пришлось японскому министру подписывать акт о капитуляции ручкой, сделанной в Америке. Сам Макартур все документы подписал черными чернилами, а свой экземпляр — красными. Красный цвет цвет победы. Он все предусмотрел, готовясь к церемонии".

Как свидетельствовал сам Кузьма Деревянко, "обстановка подписания акта была простой. На небольшом столе, покрытом зеленым сукном, были разложены огромные листы с текстом акта на английском и японском языках. Перед столом стояли японские представители: министр иностранных дел Сигэмицу и начальник генерального штаба Умэдзу. Церемония началась с "пяти минут позора Японии": японцы должны были выдержать укоризненные, осуждающие взгляды всех присутствовавших на корабле.

Когда генерал Макартур объявил о подписании акта представителями Союза Советских Социалистических Республик, почти 500 кино- и фотокамер нацелились на нас. С трудом сдерживая волнение, я в сопровождении генерал-майора авиации Воронова и контр-адмирала Стеценко подошел к столу и поставил подпись под документом, ставшим приговором японскому империализму"...

Согласно различным источникам, процедура церемонии японской капитуляции продлилась от 20 до 45 минут. После чего Дуглас Макартур пригласил всех присутствовавших пройти в салон командира линкора адмирала Нимица, чтобы шампанским отметить общую победу.

"Некоторое время японские делегаты стоят одни, — писали тассовские журналисты в своем репортаже. — Затем Сигэмицу вручают черную папку с экземпляром подписанного акта. Японцы спускаются вниз по трапу, где их ждет катер". Как вспоминал один из американских адмиралов, присутствовавших при этом, "после церемонии японцы спустились по трапу и ушли. Никто не отдал им честь и не обменялся с ними рукопожатиями; они просто ушли"...

В Советском Союзе день 3 сентября 1945 года был объявлен праздником Победы над Японией, а 30 сентября был издан указ об учреждении медали "За победу над Японией"...

Как пишут в плохих романах, не успели чернила высохнуть под Актом о капитуляции Японии, как из Генштаба последовал категорический приказ: с разведывательной целью посетить места атомной бомбардировки американцами японских городов. Проведя непростые переговоры с Макартуром и начальником его штаба генералом Сазерлендом, в чьей власти было решение вопроса о передвижении по поверженной стране, Деревянко прежде всего отправился в Токио, где после массированных американских бомбардировок чудом уцелело советское посольство. Увидев печальную картину разрушений, генерал, по свидетельству очевидцев, с горечью промолвил: "Я участвовал в освобождении Софии, Бухареста, Будапешта, Вены... Там уцелели почти все старинные здания и дворцы. Мы понимали, что такие города не должны лежать в руинах. А здесь? Варварство..." Но еще более ужасающую картину он увидел в Хиросиме и Нагасаки, о чем и составил детальный отчет, иллюстрированный фотографиями...

27 сентября Кузьма Николаевич получил категорический приказ из Москвы: "Немедленно прибыть с докладом о положении в Японии". Позже он вспоминал: "Спустя двое суток был в столице нашей Родины.Прежде чем представить доклад правительству, встретился с начальником Генерального штаба генералом армии Алексеем Иннокентьевичем Антоновым. Вместе и отправились на доклад... Сталин попросил меня доложить о положении в послевоенной Японии в общих чертах и подробнее осветить вопросы отношения японцев к союзникам, о состоянии вооруженных сил Японии, особенно ее военно-морского флота.

Когда доклад был закончен, Сталин поинтересовался последствиями взрывов атомных бомб, сброшенных американцами на японские города Хиросиму и Нагасаки. К ответу я был готов, поскольку успел посетить пострадавшие города и видел все своими глазами. Передал и альбом фотографий, на которых были запечатлены разрушения... На следующий день мне сообщили, что доклад в Политбюро одобрен и что моя работа в Японии получила положительную оценку". Историк В. Шевченко утверждает, что материалы К. Деревянко об атомной бомбардировке были использованы в ходе разработки советского атомного оружия...

Возможно, Кузьма Деревянко и рассчитывал остаться в дальнейшем в Москве, но международная обстановка вновь потребовала личного участия генерала в решении наболевших мировых вопросов. В декабре 1945-го на проходившем в Москве совещании министров иностранных, дел держав—победительниц во Второй мировой войне была достигнута договоренность об образовании Союзного совета для Японии с местопребыванием в Токио. В задачи этого международного органа входило решение задач по контролю за выполнением Акта о капитуляции Страны восходящего солнца.

В Совет, председателем которого был назначен главнокомандующий оккупационными силами союзников американский генерал Макартур, вошел, постановлением СНК СССР от 2 января 1946 года, и генерал Деревянко. Трудясь в Союзном совете, советскому представителю довелось побывать и в Корее, где остро встал "вопрос о 38-й параллели". Ветеран той войны Василий Гриценко вспоминал, что наши советники напивались, по его выражению, "до икоты”. И только Кузьма Николаевич в этих пьяных "разгуляях" участия не принимал. В минуты отдыха он любил подсесть к "добровольцам” из Украины и вместе с ними спеть "Повiй, вiтре, з Украiни".

В 1951 году после заключения мирного договора союзников с Японией в Сан-Франциско, который советское руководство не подписало, Союзный совет прекратил свое существование...

После завершения дипмиссии на Дальнем Востоке Деревянко перевели в Москву. Известный советский военный разведчик, сотрудник ГРУ Михаил Мильштейн писал в своих воспоминаниях: "В 38 лет я стал преподавателем академии Генерального штаба на кафедре вооруженных сил иностранных государств. Начальником кафедры был назначен генерал-лейтенант К. Н. Деревянко... Генерала Деревянко я знал еще до войны, мы дружили и с уважением относились друг к другу.

В 1951 году он был переведен на службу в ГРУ на должность заместителя начальника управления по информации". Видимо, память несколько подвела мемуариста. На самом деле на этот пост генерал-лейтенант Кузьма Деревянко вступил 31 октября 1953-го согласно приказу министра обороны СССР №00149.

Но жить генералу-дипломату оставалось лишь год. "Атомная разведка" подорвала его здоровье: Кузьма Николаевич заболел раком поджелудочной железы.

Свой пятидесятилетний юбилей он встретил на больничной койке в московском военном госпитале. В тот день, 14 ноября 1954 года, его от имени партии, правительства и министерства обороны СССР пришли поздравить маршалы С. Тимошенко и П. Ротмистров.

Близкие и друзья ожидали, что в связи с "круглой" датой заслуженного генерала повысят в звании, вручат высокую награду... Но высшее советское руководство посчитало, что орден Красного Знамени, которым обычно награждали "за выслугу лет", вполне достойная оценка военно-дипломатической деятельности "списанного" генерала. Вполне вероятно, что такой "подарок" окончательно подкосил Деревянко. 30 декабря 1954 года он умер...

Родные вспоминали, что Кузьма Николаевич, всегда считавший себя украинцем, о чем и писал во всех анкетах, завещал похоронить его в родной Косенивке. На отцовском подворье под любимой яблоней... Не суждено...

Только более полувека спустя генерал-лейтенанту К.Н. Деревянко было посмертно присвоено звание Героя Украины — "за мужество и самоотверженность, проявленные в годы Второй мировой войны 1939—1945 годов, выдающиеся дипломатические заслуги в послевоенном урегулировании межгосударственных отношений".
Изображение



Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Кузьма Николаевич Деревянко
СообщениеДобавлено: 01 окт 2018, 04:18 
Не в сети

Зарегистрирован: 25 сен 2018, 06:41
Сообщений: 6
Решили мы семьей сходить на выходных в Садовый Буфет, что в Аптекарском огороде. Много слышали о шикарном количестве заведений на все вкусы и случаи жизни. Но так как наше семейство жить без кофе не может, мы прямиком у входа уловили божественные ароматы с Camera Obscura Coffee. Думаю теперь, мы будем приходить в сад МГУ намного чаще, ведь повод то какой появился :)


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 2 ] 

Часовой пояс: UTC - 12 часов



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
.
Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Вы можете создать форум бесплатно PHPBB3 на Getbb.Ru, Также возможно сделать готовый форум PHPBB2 на Mybb2.ru
Русская поддержка phpBB
Игорь Иванов